Главная страница
Кто мы
Статьи
Детская страница
Практика
Консультация
Советы
Философский музей 
Книги
Ссылки


Информационная безопасность в сфере использования
сетевых средств массовой коммуникации

Проблема исследования возможностей сетевых средств массовой коммуникации особенно актуальна в современной России. Это обусловлено тем, что в условиях экономического спада, политической нестабильности и обострения противоречий между интересами различных групп населения без понимания роли, значения и функций современных средств коммуникации невозможно эффективное управление социально-политическими процессами. От разумности и взвешенности политики в области развития сетевых коммуникаций, а также производства информации и ее распространения в глобальном информационном пространстве в значительной степени зависит благополучие страны и ее место в мировой цивилизации.

В докладе министра Российской Федерации по связи и информатизации Л.Д.Реймана на семинаре «Глобализация информационного пространства: вызовы и новые возможности для России», проходившем в Центре стратегических разработок в апреле 2000 года, дана обширная и глубокая характеристика процесса создания глобального информационного пространства. Вот интересная выдержка из этого доклада. «Конец ХХ века ознаменовался огромным прогрессом в развитии телекоммуникационных технологий. Сегодня, тридцать лет спустя после создания первых компьютерных сетей и восемь лет спустя после того, как Интернет приобрел современные очертания, говорить о глобальном информационном пространстве стало не только теоретически интересно, но и практически необходимо...Пятьдесят лет тому назад, если вы хотели переслать 30 страниц текста на расстояние 5 тысяч километров, вам потребовалось бы примерно 10 дней, и стоило бы это около 30 долларов за услуги почтовой связи. Двадцать лет тому назад вы бы, наверное, прибегли к услугами факса. Это заняло бы у вас примерно 1 час, и стоимость составляла где-нибудь 50 долларов. Сегодня, если говорить о самых лучших сетях передачи данных, на это требуется не более 3 секунд, а стоимость составит около 3 центов. Таким образом, стоимость упала в 1000 раз, скорость возросла в 300 тысяч раз. Колоссальное увеличение скорости при одновременном снижении стоимости, появление практической возможности передачи мультимедийной информации в реальное время, увеличение скорости систем поиска и обработки информации в миллион (!) раз - это основы будущего развития всех сфер жизни общества»[1].

С другой стороны, изменения, происходящие в обществе под влиянием сетевых средств массовой коммуникации, не ограничиваются только определенными преимуществами и выгодами, что открывает самые широкие возможности для ведения информационного противоборства в социально-политической сфере. Информационный терроризм, распространение нелегальных материалов (в том числе безнравственной, возбуждающей низменные человеческие чувства), образование в Сети неформальных молодежных объединений, деструктивное влияние новых коммуникационных технологий на личность - это также атрибут существования сетевых средств массовой коммуникации. Но это - всего лишь вершина айсберга поставленных Интернетом вопросов, на которые еще предстоит ответить человечеству в ближайшем будущем. Распространение Интернета как в России, так и в целом во всем мире характеризуется явным преобладанием интересов бизнеса над интересами общества. Ажиотаж, сложившийся вокруг Интернета, целенаправленно стимулируется коммерческими компаниями, производящими технику и программы для Интернета, а также создателями так называемого «информационного наполнения». Между тем опыт «традиционных» средств массовой коммуникации показывает, что коммерческий подход не способен удовлетворить социальные потребности общества в области информации.

Сегодня сетевые средства массовой коммуникации представляют собой новую историческую форму обеспечения взаимодействия людей, а Интернет выступает в качестве основы формирования единой электронной коммуникационной среды, социально-политический смысл которой состоит в возможности создания системы, находящейся над национальными культурами, цивилизациями и государствами и способной качественно изменить мир, хотя расширения социальных функций системы массовой коммуникации при этом не происходит. Характер и развитие этого обнадеживающего и одновременно опасного явления находится в зависимости от мировых социальных и политических процессов, и в свою очередь, оказывают на них определенное влияние (в частности, обостряющее и динамизирующее).

Видимо, говоря об информационной безопасности, связанной с функционированием сетевых коммуникаций и, прежде всего, Интернет, как новой формы коммуникации, целесообразно высвечивать одновременно как позитивные, так и негативные их свойства.

Первое. Электронные сети обеспечивают возможность не только массовой, но также межличностной и групповой коммуникации. В истории средств коммуникации есть примеры, когда одна технология обеспечивала коммуникацию всех трех уровней. Достаточно вспомнить радио как средство межличностной (диалог по рации), групповой (использование определенной частоты каким-либо ведомством) и массовой (традиционные радиостанции) коммуникации. Принципиальное различие радио и Интернета в нашем контексте состоит в том, что в первом случае различные уровни коммуникации разделены и не смешиваются, тогда как во втором случае пользователь сети может одновременно выступать как субъект и межличностной, и групповой, и массовой коммуникации. Кроме того, как подчеркивают специалисты, появление и распространение Интернета стимулирует в современном информационном обществе новые социокультурные процессы, главными из которых, как представляется, является особое качество общения - открытость, искренность, возможность ухода от традиционного для средств массовой информации желания воздействовать, влиять, воспитывать[2].

Второе. Интернет с его особыми возможностями обратной связи с воспринимающей стороной и даже стиранием граней между распространителем и получателем информации может в корне изменить все масс-медиа процессы. Открытость, массовость, интимность - все это здесь не противоречия, а синонимы, характеризующие новое качество общения людей. Нет границ, нет пространства, нет цензуры, нет ограничений в визуальном самовыражении, полная и абсолютная анонимность, сочетаемая с аналогичной открытостью, возможностью самому выбирать источник информации и возможность мгновенного отзыва на происходящее. Бесконечное количество возможностей поиска и выбора обеспечивает каждому пользователю Интернета равноправное и полноценное общение, при котором достигается взаимопонимание мотивов и целей собеседников, то есть подлинный диалог. В связи с этим можно говорить не только о социальной значимости самой сети Интернет, но и социальной значимости любых двунаправленных вариантов общения (с взаимопониманием) с прозрачностью и искренностью «разговора».

Но так ли все благополучно в этом «интернетовском диалоге»? Ведь и медики, и психологи утверждают, что для нормального самочувствия человека ему совершенно необходим постоянный общественный контакт с другими представителями близкой по духу социальной среды не опосредованно, а непосредственно. Это связано с тем, что традиционно, из века в век информационный и энергетический обмен у человека осуществлялся через его непосредственные связи с общественной средой, от которой он полностью зависел, но которая в то же время давала ему все необходимое. Обмен информацией представлялся возможным только при наличии этой среды, и поэтому прерывание этой связи (равно как появление такой угрозы) вызывает страх одиночества, которое может быть устранено только посредством единения с другими[3].

Казалось бы, Интернет в этом отношении может предложить «неистощимый океан общения». Не случайно, томящиеся одиночеством в массовом порядке ринулись в Интернет. Некоторые делают киберпространство буквально средой своего непосредственного обитания. Ярким примером тому является 36-летний канадец Стив Манн - «самый подключенный» к Интернету человек в мире. Свой персональный компьютер в виде нескольких плат он расположил прямо на нижнем белье, а роль дисплея выполняют специальные очки типа солнцезащитных. Манн усовершенствовал свой «нательный компьютер» до такой степени, что он остается незаметным под одеждой. Уже сегодня изобретение Манна используется в частном бизнесе и в государственных организациях. С его помощью человек может заниматься каким угодно делом, не теряя связи с Всемирной сетью. (Можно предположить, что уже в первом десятилетии XXI века персональные компьютеры в виде «нательного белья» станут предметом массового производства и будут такой же обычной принадлежностью делового человека, как записная книжка. Это обстоятельство может привести к существенному изменению экологической среды обитания и социального уклада и вызовет к жизни новые масштабные адаптационные процессы в организме человека).

Однако в реальности результаты обследования пользователей Интернета показывают, что интерактивное общение, скорее всего, не самая здоровая форма борьбы с одиночеством. Последние данные поднимают тревожные вопросы по поводу пользы общения в виртуальной реальности и суррогатных взаимоотношений, которые возникают в вакууме киберпространства: человек отвыкает от реальной действительности и начинает бояться (как это ни парадоксально) непосредственного живого общения с себе подобными. Так, исследователи из американского университета Карнеги Мэллона, изучив состояние активных пользователей Интернета, пришли к далеко не оптимистическим выводам. До последнего времени считалось, что Интернет является более активной формой информационного обмена, чем телевидение и другие «пассивные» средства массовой информации, поскольку пользователь получает право выбора данных и даже возможность общения по электронной почте и через электронные диски объявлений.

Многочисленные исследования воздействия телевидения на людей свидетельствуют о том, что оно ведет к снижению социальной активности. Результаты опросов пользователей Интернета показывают, что интерактивное общение - не более здоровая форма проведения времени, чем просмотр телепередач. Казалось бы, безобидные ежедневные путешествия по глобальной компьютерной сети Интернет на самом деле ведут к усилению депрессии и обострению чувства одиночества. Фактически оказалось, что поддержание отношений на большом расстоянии без личного контакта не дает необходимого взаимодействия и душевного комфорта, которые обычно оставляют после себя живые межличностные взаимосвязи. Более того, установлено, что чрезмерное влечение к общению по системе электронной связи по своей природе весьма близко к алкогольному или наркотическому пристрастию. Во всяком случае, последствия для неустойчивой психики являются разрушительными. Уже сейчас в США открываются специальные диспансеры, где особо неуемные «виртуальные вояжеры» могут получить необходимую лечебно-консультационную помощь психиатров.

Главная проблема здесь заключается вовсе не в избытке информации, получаемой через сеть, как предполагалось раньше. Просто эта форма общения лишь устанавливает межличностные контакты, а болезненные отклонения вызывает сама электронная технология представления информации. Обратимся к фактам.

Как известно, процесс чтения книги и чтения текста на экране дисплея по нейрофизиологическим характеристикам зрительного восприятия информации отличается существенным образом. В поле зрения читающего книжный текст единственным движущимся элементом является переворачиваемая один раз в 2-3 минуты страница. Текст на экране «живет» в совершенно невообразимой массе частот. Прежде всего, воспринимаемые строки компьютерного текста не стабильны, еле заметным образом они непрерывно «дышат», «подергиваются», колеблются. С определенной частотой мелькают сами первичные точки растра, строки и кадры, которые они образуют. Компьютерный экран - это своеобразный вулкан частот, действующий в диапазоне от 50-100 гц до 1625 Гц и выше. Психологи свидетельствуют, что такая частотная нагрузка на зрительный анализатор центральной нервной системы не может быть безобидной. На клиническом уровне ее отрицательный эффект проявляется раздражительностью, эмоциональной возбудимостью, повышением тревожности. Указанные симптомы проявляются с того момента, как достигается некий уровень пресыщения информацией, который не поддается сознательному контролю. Человек с ослабленной нервной системой, сам того не ведая, превращается в некоторое подобие тревожного наркомана, для которого ежедневный прием определенной «дозы» Интернета становится неотъемлемой частью жизни. Со временем вынужденное одиночество становится привычным, и болезненное состояние переходит во вторую фазу, в которой страх одиночества дополняется или заменяется страхом межличностных контактов, социальной фобией[4].

Тем не менее, думается, что в XXI веке одиночество человека будет определяться не только дефектами его характера, но и своеобразием построения его бытового и профессионального поля деятельности., появлением новых психотехнологий отдыха и развлечений. Характерной особенностью нового столетия становится то обстоятельство, что и работа, и свободное времяпровождение будут осуществляться преимущественно с помощью компьютерных программ. Эта виртуальная сфера человеческой жизни начала складываться уже в последние десятилетия ушедшего века. Радикально изменился досуг человека: посещение театров становится редкостью, похоже, что в прошлое ушли массовые киносеансы. Все чаще и чаще нынешний зритель, даже будучи вместе с супругой или супругом, остаются, тем не менее, разделенными телеэкраном, который ему, как ребенку, обо всем рассказывает, все показывает, всему учит, всячески воспитывает. Более того, появление сети Интернет замужество многих даже молодых женщин сделало «виртуальным» (даже появился специальный термин для этого явления - «компьютерные вдовы»), поскольку их мужья, будучи дома, ночами напролет бродят по лабиринтам Интернета, находя там не только реальные возможности знакомства, но и многообразие суррогатных сексуальных контактов с вирутальными дивами экстракласса.

Третье. Сегодня становится вполне очевидным, что Интернет может оказаться не только средством обмена информацией, диалогического общения и развлечения, но и, как все другие СМИ, использоваться как средство влияния, воздействия. Раньше, когда компьютерная сеть была скорее диковинной игрушкой в руках немногочисленной группы состоятельных людей, такое было вряд ли возможно. В настоящее время число ее пользователей в России, как и во всем мире, растет лавинообразно. Все большее число фирм, предприятий, институтов, школ (и даже детских садов) подключаются к «всемирной паутине». Число пользователей «домашнего « Интернета также все время растет (хотя позволить его могут далеко не все - здесь доминирует материальный принцип), охватывая едва ли не самую дееспособную часть современного российского общества (как правило, от 15 до 35 лет).

Сегодня мы являемся свидетелями своеобразной информационной войны за сознание этой категории людей, то есть за формирование мировоззрения пользователей Интернета. И поскольку некоторые из сайтов явно направлены на дестабилизацию ситуации в обществе, встает вопрос о научно выверенном проектировании информационной среды в сетях Интернет. Так, в одном из интервью начальника Управления информационной безопасности аппарата Совета Безопасности Российской Федерации Г.В.Емельянова отмечалось, например, что тенденциозное освещение рядом средств массовой информации событий на Северном Кавказе, безусловно, имеет свои корни в некоторых зарубежных странах. Приведенный им пример касался существования русскоязычного интернетовского сайта «Кавказ», занимающегося информационной поддержкой преступных действий террористов на территории Чеченской Республики. Известно, что этот сайт создавался за пределами России и финансируется зарубежными источниками. В конце 1999 года на нем появился текст некоего «документа», якобы созданного в Совете Безопасности и направленного в Государственную Думу. При этом содержание документа представляло государственную политику на Северном Кавказе в искаженном и весьма невыгодном для России свете. Такого документа в Совете Безопасности не создавали, о чем общественность была сразу же информирована. Тем не менее, некоторые средства массовой информации, как российские, так и зарубежные, «клюнули» на эту фальшивку, содержащую далеко не безобидные тезисы, направленные на обострение и без того непростой ситуации на северном Кавказе[5].

Учитывая тот факт, что Интернет начал формировать социокультурную среду далеко за своими виртуальными пределами, влиять на жизнь даже тех людей, которые никогда «не заходили» на его страницы, встает вопрос об информационной составляющей экологии современного человека в мире компьютерных сетей. Приходится констатировать, что в нашем обществе много слухов, много противоречивых мнений по поводу социально значимой информации, получаемой именно из Интернета. Реакции населения включают всю гамму оттенков: от полного восхищения и готовности поверить всему до полного отрицания и предания «анафемы» на любую информацию из этой сети.

Обращают на себя внимание и некоторые методы использования Интернета в современной политической борьбе. Речь идет об оперативном «сливе» на интернетовские сайты компромата, как правило, непроверенного, а зачастую и ложного, и об его немедленном использовании другими средствами массовой информации, исповедующими принцип выхватывания «горячих фактов». В Интернет, с его спецификой безымянности сайтов и безответственности за достоверность информации, невозможно установить не только человека, который породил информацию, но даже город или страну, откуда эта информация пришла. Несомненно, что количество анонимных сайтов в условиях острой политической борьбы будет расти. Несомненно и то, что бесконтрольный «слив» компроматов представляет собой определенную угрозу социальной стабильности.

В этом отношении представляется целесообразным для государственных институтов политической системы общества ведение оперативного мониторинга появления сайтов подобного рода, оценка, прогноз их возможных социально-политических последствий, а в некоторых случаях - и создание «противовесов» в виде других альтернативных сайтов. Свобода слова, являющаяся одним из основных принципов этой компьютерной сети, в таком случае нисколько не нарушается.

Четвертое. Поскольку специфика сети Интернет обеспечивает любому ее пользователю возможность стать коммуникатором, имеющим неограниченную аудиторию, а самому при этом оставаться персоной анонимной, в крайнем случае, пользующейся псевдонимом, естественен бурный всплеск социальной активности, находящей свое отражение во многих сайтах. Ожидать, что люди, получившие доступ к коммуникации, не воспользуются возможностью высказаться по принципиально значимым для себя и для общества проблемам, не станут искать варианты самоутверждения, было бы наивно. Интернет уже пережил свой «детский период», когда функция передачи информации представлялась основной, причем произошло это в кратчайшие сроки. Даже методы «сброса компромата» сегодня уже начинают казаться вчерашним днем - процессы коммуникации нередко напрямую ориентированы на передачу и распространение разнообразных оценок, норм, призывов, предложений и т.п. Такая форма общения оборачивается не только влиянием на индивидуальные точки зрения и общественное мнение, но и вызывает реальные политические события и процессы. К примеру, в июне 1999 года, в день начала саммита «большой восьмерки» в Кельне, в сорока трех странах мира наблюдались вспышки молодежной ярости (причем с руководителями и четким планом действий): шествия по улицам, песни, пляски, размалеванные краской лица и волосы, в руках железные прутья, а в общем итоге - погром зданий банков, автосалонов, ресторанов и т.д. Только в Лондоне было ранено 46 человек и нанесен материальный ущерб в 2 млн. фунтов. Этот глобальный бунт, как оказалось, был скоординирован по Интернету международными организациями «Народное глобальное действие» и «Вернем себе улицы»[6].

Поскольку свобода слова в интернетовской сети - вещь непреложная, нетрудно спрогнозировать, что различные организации и личности будут продолжать декларировать здесь свои задачи и цели. В связи с этим возникают естественные вопросы: должен ли кто-то оценивать то, что происходит в виртуальном пространстве этой глобальной сети, и каковы должны быть критерии этой оценки? Представляется, что такую функцию может и должна взять на себя социальная наука, ориентирующаяся на позитивные общечеловеческие нормы и ценности. Гласность в научных подходах содержания и мотивационной направленности сайтов, ориентированных на дестабилизацию в обществе, научный прогноз возможных социальных последствий, использование для такой информации и печати, и радио, и телевидения, и Интернета - единственный способ проектирования здоровой социокультурной среды.

Однако существует и другая сторона этой проблемы - правовая. К примеру, в последнее время в Интернете появилось огромное количество предложений всевозможных российских коммерческих фирм о продаже самых разнообразных баз данных, содержащих информацию, являющуюся собственностью государственных структур. Этот факт свидетельствует о том, что информационные ресурсы российского государства не защищены должным образом ни в правовом, ни в техническом плане. В этой связи должно быть уточнено понятие собственности на информационные ресурсы и все механизмы обеспечения соответствующих прав собственности. Необходимо также обеспечить правовую защиту конфиденциальной информации, не содержащей сведений, составляющих государственную тайну.

Нельзя, наконец, пройти мимо того, что именно в Интернете существует огромное количество сайтов порнографического, сексуального характера, культивирующих самые низменные человеческие чувства. Когда Клаудиу Шиффер спросили, чего она боится больше всего на свете, супермодель ответила: «Попасть в библиотеку виртуального секса». Действительно, достаточно отснять около 2,5 часов видеоматериалов, оцифровать их, вогнать в библиотеку и любая женщина может стать объектом притязаний поклонников виртуального секса. А таковых находится более чем достаточно. Так, опрос 18 тысяч американцев-пользователей Интернета в 1998 году показал, что 6% из них - безусловные аддикты (люди, испытывающие непреодолимое, болезненное влечение в Сеть); 31% опрошенных признались, что нашли в он-лайне сексуального партнера, с которым осуществил связь и в реальности; 40% интернет-аддиктов и 12% не-аддиктивных пользователей признались, что во время он-лайна занимались онанизмом (в прямом, а не переносном смысле)[7]. А еще огромное количество сайтов с детской порнографией... Как согласуется эта свобода слова с нравственными принципами? И как это должно регулироваться в правовом отношении? Вопросов здесь больше, чем ответов.

Пятое. Интернет создает новую языковую характеристику информации и организации коммуникации, ведущие к англоязычной экспансии. Сегодня россияне, вслед за жителями многих других стран мира, становятся свидетелями мощного и динамичного процесса трансформации социокультурного пространства под влиянием все более активно проникающих в нашу жизнь образцов американской культуры, а также англоязычных заимствований, непосредственно связанных с этими новыми понятиями. Такие слова, как «компьютер», «бизнес», «менеджмент», «маркетинг», «офис», «консалтинг» и т.д. уже прочно вошли в нашу повседневную речь, в наш быт и сознание. Что делать с этим огромным количеством английских слов, так бесцеремонно проникших в русский язык?

Здесь есть свои особенности, но исходить нужно, прежде всего из реалий действительности. На сегодняшний день в мире сложился определенный детерминизм: США в большей степени, чем другие промышленные и технологически продвинутые державы, берут на себя функции центра не только в области экономики, финансов и предпринимательства, но и в области культуры, науки, образования, СМИ и информационных технологий. Соответственно и в области форм языкового воплощения культурных норм и образцов наибольшее влияние принадлежит тем же Соединенным Штатам. В частности, важнейшее место в современной культуре глобализации, в том числе языковой, играет сам Интернет, провозвестником которого многие считают Пьера Тейяра де Шардена с его идеей «ноосферы». Язык этой новой культуры - англо-американский, поскольку большинство специалистов и пользователей Интернета живут в англоязычных странах.

Отсюда можно заключить, что современная мировая культура эпохи глобализации в высшей степени американо-центрична. Следовательно, по мере того как осваиваются и берутся на вооружение американские нововведения в различных сферах жизнедеятельности, постепенно меняются и ценности, установки, менталитет людей и характер порождаемых в коммуникационных сетях текстов, а новые англоязычные термины, используемые в них, восполняют смысловые конструкции национальных языков - носителей иноязычных культур.

Таким образом, завершая наши рассуждения об информационной безопасности в связи с функционированием сетевых средств массовой коммуникации и Интернет, можно заключить, что, во-первых, они являются технологической основой формирующегося из промышленно развитых государств мира информационного общества, в котором значительная часть экономического потенциала образуется за счет интенсивного развития «электронной» коммерции, эффективного использования имеющихся интеллектуальных ресурсов. На этом фоне неоправданно низким выглядит имеющийся уровень развития и использования системы Интернет в Российской Федерации. По некоторым данным, количество зарегистрированных пользователей системы в России на начало 2000 года составляло около 2 миллионов человек, а количество активно использующих эту сеть - 1,2 миллиона человек, в то время как в мире количество пользователей сети Интернет уже достигло 100 миллионов человек и продолжает увеличиваться. Иными словами, практическое использование системы в России для развития «электронной» коммерции, образования и культуры, по существу, только начинается. Это создает серьезную угрозу навязывания Российской Федерации невыгодных ей условий участия в развитии и использовании системы Интернет, монополизации российского сектора «электронной» экономики компаниями зарубежных государств, ослабления ее защищенности от угроз противоправных деяний в компьютерной сфере.

Основной причиной сложившегося положения является, по мнению автора, неопределенность государственной политики Российской Федерации в области развития системы Интернет на территории нашей страны, а также неопределенность взаимодействия по вопросам развития и использования данной системы с международным сообществом. В 2000 году Комитетом по информационной политике Государственной Думы был разработан проект федерального закона «О государственной политике Российской Федерации по развитию и использованию сети Интернет», однако содержание его, по мнению самих разработчиков, требует существенной доработки.

Здесь следует отметить, что до недавнего времени государственная политика в области использования и развития сетевых средств массовой коммуникации фактически отсутствовала. Необходимость ее выработки стала очевидной после серии политических скандалов 1999 года, вызванных публикациями в сетевых средствах массовой коммуникации, и выборов в Государственную Думы РФ, когда Интернет активно и весьма эффективно использовался политическими технологами.

При формировании государственной политики, видимо, необходимо учитывать, что закономерности развития компьютерных сетей и Интернета носят универсальный характер. Иными словами, Интернет в России вынужден будет пройти те же этапы развития, что и Интернет в целом, хотя его институционализация в США, Канаде, некоторых других странах Западной Европы и Азии завершилась раньше, чем в России.

Для того, чтобы государственная политика России в области использования и развития сетевых средств массовой коммуникации была успешной, в обязательном порядке необходимо учесть не только социальное, экономическое, политическое и культурное своеобразие нашей страны, но и особенности отечественных сетевых средств массовой коммуникации.

Во-первых, нужно учесть, что Интернет мало распространен в России по сравнению с экономически развитыми странами - Россия принадлежит к числу государств с неравномерным уровнем его утилизации: доступ к Интернет имеет, прежде всего, политическая элита, а также профессионалы, нуждающиеся в средстве оперативного поиска, получения и распространения информации.
Во-вторых, сетевые средства массовой коммуникации в России имеют ограниченную базу для дальнейшего распространения. Речь идет, прежде всего, о недостаточно разветвленной и качественной телефонной сети, а также о сравнительно небольшом компьютерном парке. По данным Государственного комитета по статистике Российской Федерации, в 1997 году лишь 49,2% городского и 19,8% сельского населения России имели домашние телефоны[8]. Согласно оценочным показателям Отдела по изучению аудитории ВГТРК, в 1998 году персональными компьютерами пользовались 10,2% населения России[9].
В-третьих, Интернет в России развивается неравномерно. Данная тенденция приводит к формированию достаточно развитых коммуникативных центров, к числу которых следует отнести Москву, Санкт-Петербург и некоторые другие крупные города с пригородами. Параллельно население других крупных, но отдаленных от Центра городов и регионов фактически не имеет возможности пользоваться Интернетом.

В качестве положительного фактора может быть отмечено интенсивное развитие русскоязычного сектора Интернета (подсистем Интернета, использующих русский язык). Благодаря этому явлению, частично компенсирующему предполагаемую вторичность России на глобальном информационном рынке, информационное влияние стран Северной Америки и Европы будет, по всей вероятности, в какой-то степени сглажено. Данные исследований свидетельствуют о том, что сайты на русском языке пользуются у россиян наибольшей популярностью. Кроме того, русскоязычное пространство в Интернете расширяется за счет стран Содружества Независимых Государств, в которых сетевые средства массовой коммуникации распространяются с некоторым отставанием от России.

В общем итоге перспективы информационной безопасности в сфере использования сетевых коммуникаций и Интернет в значительной степени зависят от продуманной государственной политики в области массовой коммуникации. Реализация принципов либеральной теории, на практике означающая передачу электронных сетей связи на откуп коммерческим структурам, не отвечает имеющимся социально-политическим потребностям российского государства и граждан. Поэтому государственная концепция развития сетевых коммуникаций и Интернета должна в равной степени учитывать как имеющийся мировой опыт, так и национальные особенности развития и использования российских коммуникационных систем. Оптимальным представляется комбинированный подход, сочетающий коммерческий путь развития сетевых средств массовой коммуникации с их контролем и поддержкой со стороны российского государства.

Пирогов А.И.,
д.филос.н., проф. (МОСУ)



[1] Цит. по: Панарин И.Н. Информационная война и власть. С.21-22.
[2] См.: Иванов В.Е. Интернет в формировании диалогического пространства в социокультурной среде //Мир психологии. 2000. №2. С.53.
[3] Подробнее см.: Гримак Л.П. Грядущий век - век одиночества //Мир психологии. 2000. №2. С.86-87.
[4] В США жертвы социальной фобии ежедневно пользуются поддержкой более 15 важных научных центров и более 100 организаций, специализирующихся на борьбе с этим массовым заболеванием. Симптоматика этой болезни выражается в устойчивом иррациональном страхе перед различными общественными ситуациями и действиями, например, такими, как знакомство с новыми людьми, публичные выступления и участие в собраниях. Социальная фобия способна серьезно расстроить учебу, профессиональные перспективы, семейную жизнь и эмоциональную сферу человека. Таким образом, многомиллионный контингент людей, страдающих старым и скрытым недугом - социальной фобией, пополняется новой обширной категорией - «интернетовскими завсегдатаями», вполне сравнимыми с летчиками, космонавтами, подводниками, которые ориентируются в реальном мире, как правило, по приборам, потеряв живые чувственные связи с окружающей действительностью. (Подробнее см.: Гримак Л.П. Грядущий век - век одиночества //Мир психологии. 2000. №2. С.88).
[5] Емельянов Г.В. Информационная безопасность: ключевые вопросы //Бизнес и безопасность в России. 2000. №6. С.9.
[6] См.: Иванов В.Е. Интернет в формировании диалогического пространства в социокультурной среде //Мир психологии. 2000. №2. С.55-56.
[7] Ваганов А.Г. Тотальная иллюзия реального пространства (Размышления на тему: Компьютер и Интернет в современной и будущей жизни) //Мир психологии. 2000. №С.100-101.
[8] См.: Россия в цифрах: Краткий статистический сборник //Госкомстат России. М., 1999. С.267.
[9] Шариков А.В., Давыдов С.Г., Фиалков А.В. Русскоязычный Интернет и его аудитория //Методологические проблемы и практика изучения Интернета. М.: ВГТРК, 1999. С.11.