Главная страница
Кто мы
Статьи
Детская страница
Практика
Консультация
Советы
Философский музей 
Книги
Ссылки


Сверхчеловек

     Зонтик Канта и слуховая трубочка Германа Когена заняли достойное место в коллекции нашего призрачного философского музея. Богата и разнообразна эта коллекция. Регулярно пополняется она новыми и новыми ценностями.
     Но вот беда - кажется, что наши музейные экспонаты ничем не отличаются от обычных сокровищ любого музея. Зонтик, щетка…да достаточно посетить Кенигсберг, или Марбургский университет, или знаменитую квартиру №50, в доме, стоящем покоем на Садовой улице - там таких экспонатов хоть отбавляй. Нет ли у нас чего-нибудь пооригинальнее?!
     Не будем забывать, что мы уже рассказывали и о Рогах софистов, и о бабочке Чжуан-цзы, и о Философском камне и о других, согласитесь, не совсем необычных для музея вещах. Не часто встретишь в музейных стенах и Слона Будды или Буриданова Осла, а у нас они гуляют совершенно спокойно.
     Мы остановились во время прошлой нашей встречи в зале немецкой философии. В этом тихом и светлом воздушном царстве мечты тоже встречаются музейные редкости.
     Вот, издавая тихий звон, летает в колбе Вагнеровский гомункулюс, о котором мы обязательно скоро расскажем, а вот призрак совершенного человека с молотом в руках. Это - сверхчеловек, о котором ''кровью и притчами'' писал великий немецкий философ Фридрих Ницше.
     Сегодня речь пойдет именно о нём.
     Но вначале немного о его создателе. Кто такой Ницше? Говорят он - философ-поэт, писатель, или …просто больной, потерявший рассудок человек. Ну, о болезни Ницше пусть рассуждают профессионалы в белых халатах, а мы вспомним шекспировское - ''в безумье этом есть определенная система'' и, добавим, - есть почва, не только датская, но и общеевропейская.
     Рано проявив музыкальные и литературные способности, будучи отмечен учителями Фридрих Ницше не смог заняться преподаванием, вел жизнь одинокого мыслителя-путешественника и…стал событием в духовной жизни Европы и мира, сказав новое слово о человеке.
     Эти слова он вложил в уста своего лирического героя Заратустры. Нет, не реального, исторического Заратустры или Зороастра, который, как известно, был пророком в иранской мифологии. Главным в проповедях того Заратустры было учение о зависимости миропорядка и справедливости от свободного выбора человека, от его участия в вечной борьбе добра и зла.
     Заратустра Ницше - тоже пророк. Как и положено пророку он живет в горах, изредка спускается к людям и обращается к ним, говоря стихами или притчами. Однако, пророчества нового Заратустры конечно же отличаются от учения его исторического прототипа.
     Послушаем главное из них…


     Я учу вас о сверхчеловеке. Все существа до сих пор создавали что-нибудь выше себя, а вы хотите быть отливом этой великой волны и скорее вернуться в состояние зверя, чем превзойти человека?
     Что такое обезьяна в отношении человека? - Посмешище или мучительный позор. И тем же самым должен быть человек для сверхчеловека: посмешищем или мучительным позором.
     Даже мудрейший среди вас есть только разлад и помесь растения и призрака. Но разве я велю вам стать призраком или растением?
     Смотрите, я учу вас о сверхчеловеке! Сверхчеловек - смысл земли!


     Ницше хочет ответить ''Да!'' на свой юношеский вопрос, на вопрос, которым и мы задаемся особенно в молодые годы - ''Можно ли облагородить человечество?''.
     Ницше хочет верить в Сверхчеловека и это ему удается.
     В чем смыл идеи сверхчеловека? Что это - призрак, символ, или реальная личность? Иллюзия или надежда?
     Слушая проповеди ницшеанского Заратустры трудно ответить на эти вопросы. Иногда Сверхчеловек представляется в них вполне возможной действительностью, а иногда кажется, что идея сверхчеловека - только лирическая фантазия поэта. Ницше как будто забавляется этой красивой идеей, забавляется для того, чтобы возбудить интеллектуальные слои человечества.
     А может быть Сверхчеловек - это мечтательная ложь поэта-лирика и философа-провидца, за которой скрывается намек на то, что каждый существующий вид, в том числе и человек, имеет границы, которые не может переступить и что ницшеанский Заратустра хочет, чтобы человек эти границы все-таки переступил. Ведь как говорил Заратустра…


     Самые заботливые спрашивают: ''Как сохраниться человеку?''
     Заратустра же спрашивает, единственный и первый: ''Как превзойти человека?!''
     Этих господ сегодняшнего дня превзойдите мне, о братья мои, - этих маленьких людей: они величайшая опасность для сверхчеловека!
     Превзойдите мне, о высшие люди, маленькие добродетели, маленькое благоразумие, боязливую осторожность, кишение муравьев, жалкое довольство, ''счастье большинства''!
     И лучше уж отчаивайтесь, но не сдавайтесь. И поистине, я люблю вас за то, что вы сегодня не умеете жить, о высшие люди!
     Ибо так вы живете- лучше всего!


     Ради Сверхчеловека Ницше порицает все нравственные устои, хочет уничтожить прежнюю мораль и создать новую. Однако, восхваляемая им добродетель оказывается ничем не замаскированной силой. Это дикий пыл, несущий разрушение и смерть, пыл, который люди, живущие по христианским нравственным принципам, стремились ослабить, изменить или навсегда победить.
     Вначале Заратустра, как провозвестник Сверхчеловека, призывает уничтожить все слабое. Отсюда другой страшный лозунг - ''падающего толкни!''
     А каким орудием нанести удар?!
     "Бери молот и бей!"-говорит Ницше.Это уже не попытка внутреннего самосовершенствования, не умственные упражнения интеллектуала - это ни чем не прикрытая воля, оружие морального терроризма.
     Мы чувствуем, что Ницше, а вместе с ним и его пророк Заратустра, колеблется и страдает, провозглашая столь ужасную идею. Какие законы, какие вечные заповеди на новых скрижалях хочет он диктовать? Унизить слабых? Укрепить сильных? Разрушить прежнее человечество?
     Заратустра пылко проповедует культ храбрости, любви к силе, нечувствительности к боли, презрение к общественным добродетелям. Он горячо любит грядущее поколение сверхлюдей, верит в него, но от этой любви начинает веять леденящим холодом внеземной пустоты…


     Всем вам, какое бы почитание не воздавали вы себе на словах, будете ли вы называть себя ''свободомыслящими'' или ''правдивыми'' или ''кающимися духами'' или ''освобожденными от оков'' - всем вам, страдающим подобно мне великим отвращением, для которых умер старый Бог, а новый Бог даже не лежит спеленатым в колыбели - всем вам мил мой дух и демон-чародей.
     Но уже учатся они смеяться сами над собой - так ли слышу я ? Моя пища мужей действует, мои изречения сочные и сильные и поистине, я не кормил их овощами, от которых пучит живот !
     Новые надежды забились в руках и ногах их. Они находят новые слова , скоро дух их будет дышать дерзновением.
     Еще немного и они начнут придумывать себе праздники и поставят памятники своим старым радостям.
     Ибо они - выздоравливающие!


     Ницше так и не суждено было закончить Заратустру. Новых нравственных норм он не сочинил, хотел показать прекрасную смерть пророка, а получилась интермедия - странный эпизод, до сих пор приводящий в замешательство.
     В горы, где жил Заратустра поднимаются так называемые ''высшие люди'', дальние предшественники сверхчеловека. Чувствуя силу мудреца, они пришли просить у него помощи. Заратустра изменяет своему дикому нраву, охотно принимает этих людей, просит их присесть в гроте и говорит с ними.
     А после разговора Заратустра выходит из пещеры и вдруг там воцаряется тишина и пророк ощущает благоуханный запах ладана.


     Что они делают? - спросил себя Заратустра и подкравшись заглянул в пещеру.
     И, о чудо! Все высшие люди - два короля, папа римский в отставке, злой чародей, добровольный нищий, странник и тень, старый прорицатель и самый безобразный человек - все они как дети или старые бабы стояли на коленях и молились ослу!!!
     А папа римский служил перед этим новым идолом и после очередных слов молебна осел кричал ''иа-иа'' !


     Итак, попытка создания нового человека и новой морали осталась незавершенной. Но, слово было сказано. И Ницше не мог предугадать, как оно отзовется в ХХ веке.
     Оказалось, что судьба проповеди Заратустры сложится и трагикомично и глубоко трагично. Откровения пророка превратились в цитатник. Что может быть соблазнительнее, чем краткие, легко запоминающиеся и на первый взгляд не требующие глубокого обдумывания цитаты. Ну, например: ''Ты идешь к женщинам? Не забудь плетку!''
v      Однако, у того же Ницше читаем: ''Величайшее в великих - это материнское. Отец - всего лишь случайность.''
     А какова же судьба сверхчеловека? Эта идея обернулась трагическим фарсом. Ницше, разумеется не по своей воле, занял одно из самых почетных мест в фашистском пантеоне мыслителей, а Заратустра, наряду с Библией и Майн Кампф оказался в ранце фашистского солдата, марширующего по Украине.
     Легко было бы во всех этих грехах обвинить самого философа - дескать нашелся бумагомарака…ату его! Но это неблагодарное занятие. Это все равно, что Альберта Эйнштейна или Нильса Бора обвинять в Чернобыльской трагедии.
     Ницше попробовал представить себе опасный прыжок из царства необходимости в царство свободы, прыжок человека через самого себя. И пусть это получилось не так весело и добросердечно, как бы всем нам хотелось, зато страстно и искренне. Что ж, кто сможет, пусть придумает лучше.
     А пока, постараемся все же не быть похожими на тех читателей Ницше, о которых сам философ писал:


     Они или совсем не читали моей книги ''Так говорил Заратустра'', или прочли ее очень невнимательно. Я чувствовал себя среди них, как среди коров''.


Литература


1. Ницше Ф. Соч. в 2-х тт., - М. - 1990.

2. Ницше Ф. Человек как он есть. - Спб. - 1908.

3. Достоевский Ф.М. Братья Карамазовы. Соч. в 10-ти тт., - М. - 1978. - Т.11-12.

4. Галеви Д. Жизнь Фридриха Ницше. - Новосибирск. - 1992.

5. Философский энциклопедический словарь. - М. - 1983.

6. Введение в философию. В 2-х тт. - М. - 1989. - Т.1.